При объединении 2 квартир в одну трехлетний срок для целей НДФЛ исчисляется с момента регистрации права на вновь возникшую квартиру (Письмо Минфина РФ от 13.02.2015 № 03-04-05/6490)

В одном из своих последних писем Минфин рассмотрел вопрос о том, с какого момента исчислять 3-летний срок нахождения имущества в собственности для целей освобождения от НДФЛ доходов от его продажи в ситуации, когда налогоплательщик объединил две соседние квартиры в одну, если каждой из двух квартир до момента их объединения он владел более 3 лет.

Ответ Минфина оказался негативным для налогоплательщиков: по его мнению, срок нахождения новой квартиры в собственности налогоплательщика исчисляется с момента государственной регистрации права собственности на указанную объединенную квартиру.

По сути, Минфин использовал тот же подход, что и для реализации объединенных земельных участков. Этот подход основан на том, что при объединении двух участков в один образуется новый земельный участок (новый объект права собственности).

Право свидетеля отказаться свидетельствовать против себя не означает права на полный отказ от каких-либо показаний (Ап. определение Псковского областного суда от 27.01.2015 по делу № 33-2148/2014)

Как известно, в силу ч. 1 ст. 51 Конституции РФ никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом.

Эта гарантия действует и в налоговом законодательстве, вот только сами свидетели нередко произвольно толкуют ее содержание, что и приводит к спорам о привлечении их к ответственности за отказ от дачи ими показаний в рамках осуществления налогового контроля.

Псковский областной суд рассмотрел спор о правомерности привлечения свидетеля к ответственности по ст. 128 НК РФ за отказ от дачи показаний. Свидетель здесь не просто ссылался на ч. 1 ст. 51 Конституции РФ как основание от дачи показаний, но и считал, что только сам гражданин вправе оценивать, повлияют ли свидетельские показания на его права и законные интересы.

При рассмотрении дела суд установил, что показания, которые должен был дать свидетель, касались не его самого, а проверяемого налогоплательщика-организации.

Суд отметил, что ст. 51 Конституции РФ нельзя понимать как право не давать никаких показаний. Это противоречит нормам действующего законодательства, принципам гражданского долга, ответственности перед обществом.

В силу действующего законодательства свидетель вправе воспользоваться указанной нормой только при ответах на вопросы, прямо затрагивающие его права и законные интересы как физического лица.

Суд также отметил, что отказ от дачи показаний на все вопросы, независимо от их смысла, свидетельствует о намеренном препятствии лицом осуществлению законных полномочий налогового органа.

ФНС опубликовала проект приказа об использовании личного кабинета налогоплательщика

На сайте www.regulation.gov.ru опубликован проект приказа ФНС России «Об утверждении формы и формата Уведомления об использовании (об отказе от использования) информационного ресурса ФНС России - Личный кабинет налогоплательщика для получения документов, используемых налоговыми органами при реализации своих полномочий в отношениях, регулируемых законодательством о налогах и сборах, в электронной форме, а также Порядка и сроков его направления в налоговые органы».

Ознакомиться с текстом проекта можно здесь.

Уведомление об использовании (об отказе от использования) Сервиса может быть представлено налогоплательщиком – физическим лицом лично (через уполномоченного представителя) в любую инспекцию ФНС России по его выбору, независимо от места постановки на учет (за исключением инспекций ФНС России, в функционал которых не входит взаимодействие с физическими лицами), направлено по почте или передано в электронной форме через Сервис.

Порядок разработан в соответствии с пунктом 2 статьи 11.2 Налогового кодекса Российской Федерации.

Будут ли включены в Налоговый кодекс неналоговые платежи?

В последнее время,на мой взгляд, всё больше набирает обороты тема т.н. неналоговых платежей. Это и неудивительно: ведь с одной стороны совсем недавно президент призвал к введению моратория на введение новых налогов и повышение ставок по уже действующим (этот момент стал одной из причин недавнего отклонения законопроекта о прогрессивной шкале НДФЛ), с другой стороны тема наполнения бюджетов, прежде всего – местных бюджетов, продолжает оставаться очень актуальной. И по всей видимости, в ближайшее время фискальная нагрузка на плательщиков будет расти именно за счет неналоговых платежей, о чем свидетельствует, например, недавнее введение т.н. экологического сбора.

По информации РБК-Дэйли ситуация с планами по регулированию неналоговых платежей развивается сейчас следующим образом.

1)              В декабре 2014 года первый вице-премьер Игорь Шувалов поручил финансово-экономическому блоку правительства проанализировать обязательные неналоговые платежи. Нужно было выделить те из них, которые являются по своей природе налогами и доложить о целесообразности регулирования таких платежей в рамках законодательства о налогах и сборах. Поручение было дано по итогам ежегодного доклада уполномоченного по защите прав предпринимателей Бориса Титова;

2)              РСПП направил в правительство список неналоговых платежей из более че​м 60 пунктов.

3)              К середине февраля Минфин проанализировал вопрос, собрав мнения правительственных ведомств и предпринимателей, и направил доклад в правительство. В докладе говорится, что Минфин не поддерживает изменение НК РФ за счет включения в него ряда неналоговых сборов и платежей. Каковы же его доводы:

- такое решение приведет к значительному усилению ответственности за неуплату;

-  изменения повлекут формальное увеличение налоговой нагрузки. Это в свою очередь приведет к снижению позиций России в рейтинге Doing Business по показателю налогообложения (в последнем рейтинге – 49-е место по этому показателю). Сейчас налоговая нагрузка на бизнес составляет порядка 34%, включая налоги и страховые платежи;

- если Налоговый кодекс будет расширен за счет включения ряда неналоговых платежей, это потребует увеличения штата ФНС и дополнительной подготовки сотрудников налоговых органов.

И сейчас тему с неналоговыми платежами бизнес намерен вынести на заседание Госсовета по малому и среднему бизнесу под руководством президента Владимира Путина, которое намечено на середину апреля, сказал РБК источник, знакомый с ходом подготовки доклада к Госсовету.

 

 

Минфин признал наличие недоработок в законе о КИК (Письмо МФ РФ от 16.02.2015 № 03-03-07/6869)

Как известно, с 01.01.2015 года вступили в силу поправки в НК РФ, внесенные Федеральным законом от 24.11.2014 № 376-ФЗ «О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации (в части налогообложения прибыли контролируемых иностранных компаний и доходов иностранных организаций).

Анализ текста сразу показал, что закон достаточно «сырой», содержит в себе ряд недоработок, противоречий и пробелов. На один из таких пробелов обратил внимание Минфин РФ в письме от 16.02.2015 № 03-03-07/6869.

Он отметил, что в случае ликвидации иностранной организации доходы в виде стоимости полученного имущества не включаются в налоговую базу у ее акционера (участника), признаваемого контролирующим лицом этой организации (п. 2.2 ст. 277 НК РФ).

Однако ст. 277 НК РФ касается лишь акционеров (участников), являющихся плательщиками налога на прибыль. Что же касается физических лиц, то здесь нужно обратиться к главе о НДФЛ. А исходя из положений этой главы, следует, что доход физического лица, полученный в результате ликвидации общества, облагается налогом на доходы физических лиц в общем порядке.

То есть физические контролирующие лица оказались в более худшем положении чем контролирующие лица – организации.

И Минфин в своем письме отметил, что указанный вопрос в настоящее время рассматривается в рамках совершенствования законодательства РФ о налогах и сборах. То есть Минфин косвенно признал, что такое различие в налогообложении контролирующих физических и юридических лиц нуждается, по всей видимости, в устранении. Ведь каких-то разумных экономических оснований для такого различия никак не усматривается.

Для целей ТЦО под изменением условий займа понимается изменение существенных условий договора займа (Письмо Минфина РФ от 11.02.2015 № 03-01-18/5923)

Как известно, Федеральным законом от 05.04.2013 N 39-ФЗ были внесены достаточно важные поправки в другой Федеральный закон – о трансфертном ценообразовании (известный также как 227-ой закон от 18.07.2011).

В результате этих поправок в ст. 4 Закона о ТЦО появился п. 5.1, согласно которому «Положения частей первой и второй Налогового кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) не применяются к заключенным до дня вступления в силу настоящего Федерального закона сделкам по предоставлению займа, кредита (включая товарный и коммерческий кредиты), поручительства, банковской гарантии, доходы и (или) расходы по которым признаются в соответствии с главой 25 Налогового кодекса Российской Федерации после дня вступления в силу настоящего Федерального закона, за исключением сделок, условия которых после дня вступления в силу настоящего Федерального закона были изменены».

То есть, из под действия раздела V.1 НК РФ были выведены основные финансовые и обеспечивающие их сделки, заключенные до 01.01.2012 (доходы/расходы по которым признаны после этой даты), но с оговоркой о том, что это касается только тех сделок, условия которых после 01.01.2012 не изменялись.

То есть, если, например, договор займа был заключен в конце 2011 года и его условия после 01.01.2012 года не изменялись, то несмотря на то, что проценты по этому займу выплачивались уже в 2012 году, контроль над соответствием размера этих процентов рыночному уровню не может осуществляться в соответствии с разделом V.1 НК РФ.

Но что понимать под «изменением условий» применительно к займу? О каких именно условиях идет речь? Ответ на этот вопрос попытался дать Минфин в своем письме от 11.02.2015 № 03-01-18/5923.

Он исходит из того, что у любого договора (в т.ч. и договора займа) есть т.н. «существенные условия». Согласно ст. 432 ГК РФ существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Так вот, по мнению Минфина, для целей ст. 4 Закона о ТЦО под изменением условий сделки (договора) по предоставлению займа следует понимать изменение существенных условий указанной сделки (договора), совершенное в той же форме, что и сделка (договор)…

Правда Минфин не указал, какие условия являются существенными для договора займа, но представляется, что их можно вывести из формулировки договора займа, содержащейся в ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 807 ГК РФ «По договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества».

Из этой формулировки следует, что существенным условием договора займа является условие о сумме займа. Без согласования суммы займа не может быть и самого договора займа. Таким же существенным условием, на мой взгляд, можно признать и валюту займа (рубли, евро, юани).

Что же касается таких других важных условий займа как срок возврата и размер процентов, то даже если они сторонами не согласованы и ни одна из сторон не настаивала на их согласовании, то договор займа всё равно будет считаться заключенным, а значит, последующее изменение именно этих условий не должно иметь значения (по логике Минфина) для целей применения норм о ТЦО.

Для целей ТЦО понятие «совокупность сделок» используется в строго определенных случаях (Письмо Минфина РФ от 11.02.2015 № 03-01-18/5923)

Как известно, раздел V.1 НК РФ в некоторых случаях приравнивает к понятию «сделка» совокупность однородных сделок. Это сделано для того, чтобы минимизировать случаи дробления одной крупной сделки на несколько мелких во избежание каких-либо ограничений или иных неблагоприятных для налогоплательщиков последствий, установленных для совершения конкретной сделки.

Так, например, в силу подп. 1 п. 1 ст. 105.14 НК РФ к сделкам между взаимозависимыми лицами в целях НК РФ приравнивается совокупность сделок по реализации (перепродаже) товаров (выполнению работ, оказанию услуг), совершаемых с участием (при посредничестве) лиц, не являющихся взаимозависимыми (с учетом особенностей, предусмотренных настоящим подпунктом (фиктивное посредничество).

А согласно п. 10 ст. 105.14 НК РФ по заявлению ФНС. суд может признать сделку контролируемой при наличии достаточных оснований полагать, что указанная сделка является частью группы однородных сделок, совершенных в целях создания условий, при которых такая сделка не отвечала бы признакам контролируемой сделки, установленным настоящей статьей.

И в адрес Минфина поступил вопрос о том можно применить понятие «сделка», используемое в абз. 3 п. 1 ст. 105.3 НК РФ, в отношении совокупности сделок.

Согласно указанной норме «Для целей настоящего Кодекса цены, применяемые в сделках, сторонами которых являются лица, не признаваемые взаимозависимыми, а также доходы (прибыль, выручка), получаемые лицами, являющимися сторонами таких сделок, признаются рыночными».

И из разъяснения Минфина следует, что основания для применения данной нормы в отношении именно совокупности сделок (а не отдельной сделки) отсутствуют.

Правда, Минфин не пояснил, зачем налогоплательщику может понадобиться распространение этой нормы на совокупность совершаемых им сделок (однородных сделок). Рискну предположить, что здесь можно вести речь о ситуации, когда налогоплательщик начинает совершать (исполнять) ряд однородных сделок с контрагентом в тот период, когда он и его контрагент еще не являются взаимозависимыми лицами, а заканчивает их совершать (исполнять) уже тогда когда он и контрагент по тем или иным основаниям стали взаимозависимыми лицами.

Скорее всего в этом случае налогоплательщик будет заинтересован ссылаться на то, что вся группа однородных сделок (независимо от момента их совершения/исполнения) подпадает под презумпцию рыночности цен. То есть под нее должны бы подпасть и те однородные сделки, которые были совершены/исполнены уже в тот период, когда налогоплательщик и его контрагент стали взаимозависимыми лицами. Однако изложенная в настоящем письме позиция Минфина этому препятствует.

Такая позиция корреспондирует с другой позицией Минфина о том, что если налогоплательщик и его контрагент стали взаимозависимыми лицами где-нибудь в середине календарного года, то для определения «контролируемости» совершенных между ними сделок в расчет берутся только сделки, совершенные в том периоде года, когда указанные лица отвечали признакам взаимозависимых лиц.